«Я живу с ВИЧ»

0 / 5 (0 голосов)

Варваре 43 года. 18 из них она живет с диагнозом ВИЧ. С тех пор каждый день ей приходится бороться — и не только за жизнь, но и с гневом, одиночеством и недоумением: как любимый человек, которому она когда-то доверилась, мог скрыть от нее, что заражен?

«Я живу с ВИЧ»

«Короткий роман, вряд ли у нас получится что-то серьезное — думала я, когда познакомилась с Антоном. Но очень скоро мы стали жить вместе. Мне было 24, ему 29, за несколько месяцев до нашей встречи я рассталась с отцом моего сына — Кириллу тогда едва исполнился год. Я была, что называется, видной девушкой, энергичной и независимой. А он — военный репортер, мужественный, красавец, устоять было невозможно. Сын сразу же привязался к нему. А мы оба с головой окунулись в наш роман. Я бросила работу и город, где жила, и поехала за ним в Питер. Мы хотели пожениться и вскоре завести ребенка — девочку. Мы были счастливы.

Спустя год после нашей встречи, проходя профилактический осмотр у гинеколога, я сдала несколько анализов, в том числе и на ВИЧ. Я была совершенно спокойна: мы с Антоном были влюблены и не изменяли друг другу. Какие могли быть сомнения? В первые дни знакомства мы все выяснили («У меня все в норме, а у тебя?» — «У меня тоже»). Спустя несколько дней позвонила врач: «К сожалению, анализ на ВИЧ у вас положительный».

Меня как будто с силой кто-то ударил в живот. «Не целуйте вашего ребенка в губы», — добавила она и положила трубку. Я сразу же с ужасом подумала об Антоне: ведь я могла его заразить! Я бросилась в комнату и все ему рассказала. Он сперва замер, а потом стал повторять, как автомат: «Я так и знал, я так и знал, я так и знал…» — «Что ты знал?!» Тут он заплакал и сказал: «У меня ВИЧ уже 12 лет».

Скажи он мне это раньше, я все равно осталась бы с ним

В первую минуту я ровно ничего не поняла, просто не могла понять. Я попросила его повторить. Он объяснил, что хотел мне все рассказать с самого начала, но не решился, а с каждым днем признаться было все сложнее. Он сказал, что надеялся, что наша любовь окажется сильнее вируса. Я была потрясена, оглушена. Просто убита. Оказалось, что вся его семья, которая так тепло приняла меня и моего сына, — все были в курсе. И никто из этих людей не счел нужным предупредить меня об опасности.

В один миг мой супергерой превратился в слабака и труса, которому хватало мужества на то, чтобы вести военные репортажи из Югославии, но не на то, чтобы меня защитить. И все же я продолжала его любить, уговаривая себя, что эта кровная связь соединила нас не на жизнь, а на смерть. Я не только не ушла от него, я стала его утешать. Он рассказал мне об этих двенадцати годах ада, молчания, страха, что все раскроется, что его уволят с работы. О том, что, попав в больницу с аппендицитом, он чувствовал себя прокаженным, потому что персонал не хотел к нему прикасаться, там избегали даже разговаривать с ним… Он не мог себе представить: скажи он мне все это и раньше, я все равно осталась бы с ним. Между тем я уверена, что поступила бы именно так.

Тогда я думала, что мне остается жить каких-нибудь пару месяцев. Комбинированной антиретровирусной терапии в то время еще не существовало. Единственным известным средством были разрушающие печень препараты, принимать которые было рискованно. Оставалось лишь надеяться, что болезнь не проявится. Ведь шансов побороть ее практически не было. Мы с Антоном регулярно проходили тесты на иммунный статус и вирусную нагрузку, просто следили за показателями. Это все, что можно было сделать.

Что чувствует тот, кто заразился от человека, которого любит…

Я объявила траур по моей жизни. Отдалилась от сына, чтобы хоть как-то уменьшить его страдания от моей неминуемой близкой смерти. Я сама прошла через подобный опыт несколько лет назад, когда потеряла мать. Свои страхи я скрывала от друзей и близких, чтобы не тревожить их… О самом СПИДе мы с Антоном никогда больше не говорили. Как, впрочем, и ни с кем другим: я очень быстро поняла, что это запретная тема. Рак, диабет, другие болезни — пожалуйста. Но ВИЧ-инфекция — нет. Даже упоминание о ней пугает людей. Как рассказать о таком близким? А тем более — всем остальным.

Я оказалась в абсолютном одиночестве. Звонила по телефонам доверия разных ассоциаций. Везде мне говорили одно и то же: «Вы жертва вируса, а не того, кто вас им заразил. Радуйтесь, что вы еще живы, и переверните эту страницу». Никто — ни Антон, ни врачи, ни кто-либо другой — не хотел говорить о том, как это возможно — любить другого человека, заниматься с ним любовью и осознанно передавать ему смерть.

Я цеплялась за жизнь как могла, но чувствовала себя совершенно потерянной. Чего я только не делала, один раз даже пыталась покончить с собой, чтобы на меня наконец обратили внимание. Все было во мраке. И так продолжалось три года… А в один прекрасный день я узнала, что Антон мне изменяет. Часто и уже давно. И по-прежнему без презерватива. Наша история ничему его не научила. Он катился к могиле в каком-то безумном вихре, закрыв глаза, отрицая все и вся. И я внезапно как будто очнулась. Перестала чувствовать себя жертвой. Нужно было прекратить эту бойню. Меня захлестнуло негодование, и я наконец бросила Антона.

Моя ненависть словно возвращала меня к жизни. Я оказалась соучастницей и чувствовала вину за то, что он сотворил и продолжал творить. Я стала искать адвоката, искать поддержки. Это было очень трудно: никто не хотел меня слушать. В общественных организациях, которые поддерживают ВИЧ-инфицированных, мне говорили, что мой случай «особенный», что настоящие проблемы — это эпидемия ВИЧ среди наркоманов, гомосексуалистов, проституток или на территории Южной Африки. И что клеймить тех, кто заражен, преступно. Мне пришлось выслушать обвинения в гомофобии, расизме, фашизме. Хотя от всего этого я бесконечно далека.

Я хотела, чтобы он осознал всю тяжесть последствий и остановился

И никто не хотел понять, что чувствует тот, кто заразился от человека, которого любит, которому доверился. Что это предательство тяжелее, чем угроза самой болезни… Гнев и ярость разрывали меня изнутри, и я объявила войну. Когда Антон пригрозил, что мне же будет хуже, если я расскажу о его поведении, я почувствовала, что вернулась к жизни окончательно. Через ненависть. Я нашла ассоциацию женщин, живущих с ВИЧ/СПИДом. Оказалось, что не я одна переживаю этот ад.

Я подала на Антона в суд. Не для того, чтобы ему отомстить — я хотела, чтобы он осознал всю тяжесть последствий своего безумного поведения и остановился. Дело было прекращено за отсутствием состава преступления. Как будто всего, что со мной произошло, просто не было… Несколько лет спустя я узнала, что во Франции суд впервые приговорил виновного в заражении: в 2005 году мужчина получил шесть лет за то, что заразил двух молодых женщин, зная, что сам является носителем ВИЧ-инфекции. Однако большинство ассоциаций по борьбе против СПИДа не поддерживают идею уголовного наказания за передачу вируса: по их мнению, это не поможет остановить его распространение.

Сейчас моему сыну уже 20 лет. Он чудесный, здоровый парень. Физически я чувствую себя более или менее нормально — насколько это возможно, когда внутри уже 18 лет живет вирус. Благодаря терапии мой иммунитет пока держит удар, но у лекарств есть побочные эффекты: выпадение волос, хроническая усталость, нейропатия, остеопороз… Я научилась с этим жить. Хотя по-прежнему не могу смириться с предательством Антона, с его оглушительным молчанием все эти годы. Я стараюсь жить в мире с собой и с теми, кого я люблю. И самое главное — я по-прежнему здесь».

Источник: psychologies.ru

10 комментариев

  1. browse this site Ответить

    I simply want to say I am new to weblog and honestly savored this web site. Almost certainly I’m want to bookmark your blog . You actually have awesome writings. Kudos for revealing your website page.

  2. John Deere Diagnostic and Test Manuals Ответить

    Wonderful post, thanks for discussing the data. It isn’t all too often that you simply read articles where the poster knows what they’re running a blog regarding. Grammar and punctuational are spot on too, only trouble We seemed to possess had been mentioning the website, seemed sluggish. Looks like additional visitors experienced exactly the same difficulty?

  3. Tractor Workshop Manuals Ответить

    I think this is among the most significant info for me. And i am glad reading your article. But want to remark on some general things, The website style is great, the articles is really nice : D. Good job, cheers

  4. John Deere Repair Manuals Ответить

    Can I simply say what a relief to seek out somebody who actually knows what theyre speaking about on the internet. You definitely know the way to bring a problem to mild and make it important. More folks have to read this and understand this aspect of the story. I cant believe youre no more common since you positively have the gift.

  5. Natasha Proco Ответить

    Actually, I?m a blog starter. I just want more people to visit my blog to make me a popular blog. I?m capable of writing, and I know writing skill is a must. But is there any other way to make my blog more popular?.

  6. Shelton Wainio Ответить

    I am trying to find a free Dreamweaver alternative and it looks like Kompozer is good. But I could not find any feedback with using this program for wordpress templates. I wanted to know if anyone has used it and how well it works. Thanks in advance..

  7. John Deere Service Manuals Ответить

    Hi, Neat post. There’s a problem with your website in internet explorer, would test this… IE still is the market leader and a big portion of people will miss your fantastic writing due to this problem.

  8. Tilda Koppang Ответить

    Way cool, some valid points! I appreciate you making this article available, the rest of the site is also high quality. Have a fun.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

19 − 6 =

17 − 15 =